Деревня, где рождаются Salon и Clos du Mesnil

В 1945 году молодой французский солдат Бернар де Нонанкур вскрыл погреб в Орлином гнезде, баварской резиденции Гитлера, и нашёл там тысячи награбленных бутылок Salon 1928 года. Он помнил эту минуту всю жизнь. В 1989 году Salon купил Laurent-Perrier, дом, которым он руководил.

Меня в этой истории цепляет адрес. Бутылки, которые немцы вывезли из Франции, родились в одной деревне на Кот-де-Блан, в Ле-Мениль-сюр-Оже. В той же деревне за каменной стеной стоит Clos du Mesnil, участок Krug. Два самых знаменитых блан де блан Шампани растут на соседних землях, и связывает их погребщик Марсель Гийом.

Эжен-Эме Салон родился в Шампани и решил сделать шампанское под своим именем. Своё вино он задумал в конце XIX века и позвал на помощь шурина, Марселя Гийома. Гийом служил погребщиком в небольшом доме и знал, где растёт лучшее шардоне. По рассказу блогера Эмбер Лебо, участком будущего Clos du Mesnil владел Clos Tarin, где Гийом работал виноделом, и именно там Салон загорелся идеей своего дома.

Идея по тем временам была дерзкой. Шампанское собирали из разных сортов и деревень, а Салон взял одно шардоне из одного Ле-Мениля и одного года. Его урожай 1905 года журнал Club Oenologique называет первым блан де блан в истории. Первые годы вино пили родные и друзья хозяина. Продавать его начали с урожая 1921 года, и уже в меню парижского Maxim’s 1928 года Salon 1921 значится как вино гран крю.

Старых бутылок почти не осталось. В доме перечислили журналисту Адаму Лекмиру всё, что хранится в Ле-Мениле: одна бутылка 1921 года, две 1928-го, ни одной из 1930-х и четыре 1943-го. В 1943 году Салон умер.

Через двадцать лет после его смерти дом продали Besserat de Bellefon, который потом вошёл в Pernod Ricard, и до конца 1980-х Pernod Ricard раздавал Salon ресторанам бесплатно. Депон уверен, что в Pernod не понимали, какое сокровище держат в руках. Дидье Депон, нынешний президент Salon и Delamotte, вспоминает, как молодым торговым агентом Laurent-Perrier пришёл в парижский отель Рафаэль и предложил сомелье несколько бутылок Salon. Сомелье ответил, что за Salon денег не платит: к каждой сотне бутылок Besserat de Bellefon ему и так давали шесть или двенадцать бутылок Salon в придачу.

Эрик Андерсон, побывавший у Salon в сентябре 2007 года, записал, как устроена земля под деревней. Виноградники лежат на середине склона. Вокруг бьют родники, воздух влажный, а меловые пласты уходят вглубь на 165 футов и держат дождевую воду. Лоза получает из мела влагу, а ягода сохраняет сильную кислотность.

Депон объясняет славу деревни короче:

Дидье Депон в беседе с Club Oenologique сказал: «Такой солёности и такой кислотности, как в Ле-Мениле, больше нигде нет, и каждый готов уверять вас, что его шардоне растёт здесь».

И с улыбкой добавил, что знает, сколько тут гектаров. Гектар в Ле-Мениле, по его собственной оценке, стоит от трёх до четырёх миллионов евро.

Соседние деревни на том же склоне дают другое шардоне. Один из любителей на винном форуме Wine Pages, разбирая вина Шуйи, писал, что Шуйи ближе к Краману, чем к строгим гран крю Ле-Мениля и Авиза.

Забавно, что официально Ле-Мениль стал гран крю только в 1985 году, когда список таких деревень вырос с двенадцати до семнадцати и в него вошли Ле-Мениль, Оже, Шуйи, Уари и Верзи. В меню Maxim’s вино называли гран крю за 57 лет до этого.

Климат тем временем меняет календарь. Депон рассказывал, что ещё десять или пятнадцать лет назад шардоне снимали в середине или конце сентября, а теперь в конце августа.

Salon делают только в годы, которые дом сочтёт великими. В марте 2014 года на ужине в лондонском ресторане Sketch, где показывали Salon 2002, Депон объявил журналисту Патрику Шмитту, что вина 2009, 2010, 2011 и 2012 годов не будет. Тысячный год он пропустил тоже, и Salon оказался единственным домом без винтажа 2000 года.

Про 2000 год Дидье Депон сказал изданию The Drinks Business: «Это был маркетинговый винтаж, а не настоящий».

2003 год дом отдал в резерв: по словам Депона, сладкое вино того лета хорошо уравновешивает кислые годы. Виноград пропущенных лет уходит в Delamotte или продаётся.

Самое интересное в этом рассказе случилось потом. Про 2012 год Депон говорил твёрдо, а про 2013 сомневался вслух. В январе 2022 года критик Оуэн Баргрин приехал в погреба Salon и попробовал свежий выпуск 2012 года. Он поставил ему 99 баллов и советовал пить с 2024 по 2050 год. А 2013 год, по подсчёту Лекмира, стал седьмым винтажем Salon в XXI веке.

Соседи иногда решают иначе. Оливье Круг в том же 2014 году рассказал, что Krug от винтажа 2012 года отказался, хотя все вокруг называли этот год великим.

С 2008 годом Депон поступил, по его же слову, безумно: разлил его только в магнумы. Сколько их вышло, источники называют по-разному. В 2014 году Депон говорил о десяти тысячах магнумов при обычных 60 тысячах бутылок, журнал Terre de Vins в 2019 году писал о 8000. Отдельно этот магнум не продавали. Жоэль Буассон пишет, что ящик Œnothèque с магнумом 2008 года стоит 7500 евро при средней цене бутылки Salon в 390 евро. Российский сайт Old Wine Club, где этот ящик выставлен, прямо пишет, что Salon 2008 в обычной бутылке 0,75 не существует.

Стены Clos du Mesnil построены в 1698 году. Внутри 1,84 гектара шардоне посреди деревни, и считается, что тепло от соседних домов добавляет ягоде спелости. В 2000 году град разорил Ле-Мениль, а клос пощадил. Автор блога The Wine Sleuth в 2013 году записал другую площадь, 1,2 гектара. Источники здесь расходятся, и страницы самого Krug с ответом я не нашёл.

Krug купил участок в 1971 году и первые годы пускал его виноград в Grande Cuvée. Урожай 1979 года вышел таким, что дом решился разлить его отдельно, и в 1986 году Clos du Mesnil впервые появился в продаже. С тех пор вино делают только в исключительные годы, порядка десяти или двенадцати тысяч бутылок.

Однажды Krug отказался от готового винтажа. Clos du Mesnil 1999 года пролежал на осадке двенадцать лет, этикетки уже напечатали, и в последний момент команда решила вино не выпускать. Бутылки откупорили, а вино ушло в другие кюве.

В январе 2007 года Реми Круг, отметивший 42 года работы в доме, впервые поставил рядом Krug Vintage и Clos du Mesnil восьми общих лет. Коллекционер Франсуа Одуз, который вёл записи на той дегустации, пересказывает мысль Реми так: задача не в том, чтобы клос был лучше Vintage, а в том, чтобы каждое вино стало лучшим в своём роде. Про Clos du Mesnil 1979 года Одуз записал, что нос у него гигантский.

Salon проводит на осадке в среднем десять лет, малолактическую ферментацию ему не дают, дозаж от пяти до семи граммов на литр.

По словам Дидье Депона, которые приводит сайт Old Wine Club, «Салон лучше всего пить после 15 лет… до этого он подросток».

В 2015 году на горизонтальной дегустации урожая 1996 года один из участников форума Wine Berserkers записал, что этой бутылке Salon 1996 нужно было ещё постоять. Девять лет спустя автор блога Sur-la-pointe, штатный автор журнала FINE, на вертикали в берлинском ресторане The Cord назвал тот же 1996 год чудом сложности. Молодой 2013 год показал ему острую, как лазер, кислотность, а 1990 год был ещё живым, хотя хватка уже слабела.

С Clos du Mesnil картина похожая. Обозреватель Vinous на нью-йоркской вертикали 2011 года, куда пришёл и Оливье Круг, назвал вечными три года: 1979, 1988 и 1996. Зато Одуз в 2007 году нашёл Clos du Mesnil 1981 года уже слишком развитым.

Дидье Депон сказал Club Oenologique: «В погребе у нас уже лежат винтажи на ближайшие 15 лет, и 20 лет для нас это завтра».

Перед покупкой бутылки из Ле-Мениля я бы проверил вот что:

• Год на этикетке. На той же берлинской вертикали последним открыли Salon 1971 года со стёртым годом и современной пробкой. Это была откровенная подделка.
• Форма бутылки. Лекмир предупреждает, что урожаи 1971 и 1973 годов разливали и в старую, и в новую бутылку, так что обе формы у этих лет подлинные.
• Формат 2008 года. Salon 2008 существует только в магнуме, и бутылка 0,75 с этим годом должна насторожить.
• Поздний дегоржаж. Старые годы Salon иногда выходят повторно, после более долгой выдержки на осадке, и такая бутылка отличается от первого выпуска того же года.
• Цена. По словам Лекмира, новый Salon стоит от 1500 фунтов, а редкие годы на вторичном рынке вдвое дороже. В Gazette Drouot Кристоф Прово приводил оценку Salon 1988 года от 1000 до 1100 евро. Эмбер Лебо в 2018 году писала, что Clos du Mesnil 2000 года стоит около 994 долларов, а 1996 года дороже 1800, и сама попробовала его, скинувшись с другими участниками дегустации по сто долларов на бутылку.

Ле-Мениль-сюр-Оже дал Шампани мысль, что вино одного сорта, одной деревни и одного года способно жить десятилетиями, а Krug сузил её до одного огороженного сада. У обоих домов следующие годы уже лежат в мелу под деревней, и, если верить Депону, раньше пятнадцати лет открывать их рано.