LWIN, как у каждого вина появился свой код

Клиент старейшего лондонского таможенного склада London City Bond открывает опись своего погреба и видит две строки: в одной Château Montrose и двенадцать ящиков, в другой просто Montrose и шесть. Компьютер склада честно считал их разными винами. На деле у человека лежало восемнадцать ящиков одного и того же Монроза, и узнать об этом из отчёта он не мог.

Склад этот стоит в Бертоне-на-Тренте и хранит больше полумиллиона ящиков для семи тысяч торговцев и частных коллекционеров из семидесяти с лишним стран. Путаницу там победили семизначным числом. Число называется LWIN, и сегодня оно есть почти у каждого вина, которое всерьёз покупают и продают на вторичном рынке. Встретив его в каталоге или в описи, полезно понимать, что именно оно о вашей бутылке сообщает.

Liv-ex, лондонскую биржу коллекционного вина, основали в 2000 году Джеймс Майлз и Джастин Гиббс, до того работавшие биржевыми брокерами. На фондовом рынке у каждой бумаги давно есть свой тикер. В вине ничего похожего не было.

Издание The Drinks Business описывает эту путаницу очень наглядно. Произнесите в винной торговле две буквы DP, и все поймут, что речь о Дом Периньон. Произнесите Грейндж, и вспомнят флагман Пенфолдс. Человек всё это переварит. Складская программа нет.

Цена такой вольности оказалась вполне измеримой. Исследование Лондонского столичного университета, на которое ссылается тот же склад LCB, показало, что по пути от производителя к покупателю название вина перепечатывают вручную в среднем шестнадцать раз. Каждая перепечатка даёт шанс ошибиться в букве, в годе, в размере бутылки.

Сама Liv-ex страдала от этого не меньше складов. В 2011 году биржа разработала номер для внутренних нужд: ей нужно было, чтобы её собственные системы торговли, логистики и аналитики говорили об одном вине одинаково. Палмер из Liv-ex говорит о нём так: «Если его не видно, значит, он сделал свою работу».

Через шесть лет код вышел за стены биржи. В июне 2017 года Liv-ex отдала словарь под свободную лицензию Creative Commons, и любая компания получила право пользоваться им, делиться и дописывать. Тогда в словаре было сорок пять тысяч вин. Пример того времени хорошо показывает смысл затеи: Романе-Конти от Домен де ла Романе-Конти где-то пишут полностью, где-то сокращают до DRC или до одного названия виноградника, а код у всех вариантов один, 1028687. Тогда объяснили, что Liv-ex всегда хотела сделать базу бесплатной и всеобщей.

Самый удобный пример приводит The Drinks Business. Возьмём Шато Леовиль Бартон.

Семь цифр 1012361 означают само вино, без года. Первые шесть знаков и есть его номер в словаре, а седьмая цифра контрольная: она ловит опечатку при ручном вводе.

Всё остальное приписывают справа. Добавьте год, и получится LWIN11, 10123612009, то есть Леовиль Бартон урожая 2009 года. Допишите объём, и выйдет LWIN16, 1012361200900750, тот же 2009 год в бутылке 0,75 литра. Самый длинный вариант, LWIN18, 101236120091200750, описывает уже ящик из двенадцати таких бутылок: между годом и объёмом встаёт число 12.

Объём всегда записывают в миллилитрах пятью цифрами, отсюда 00750 для обычной бутылки. Магнум в полтора литра по тому же правилу станет 01500. Компании при этом сохраняют свои привычные названия в каталогах, код просто стоит рядом с ними.

Как это выглядит в живой торговле, хорошо показывает строка из складского списка, которую разбирает сервис Wine Labs: CH MARGAUX 15 MAG 1x150CL. За этой абракадаброй стоит Шато Марго 2015 года в магнуме, а семизначный код вина 1012781. Сокращения у каждого торговца свои. Номер один.

Точность бывает тоньше, чем ждёшь. Коллекционер немецкого рислинга на форуме Wine Berserkers нашёл в базе отдельный код для Кабинетта Браунебергер Юффер из бочки Fuder 4 хозяйства Макса Фердинанда Рихтера, 1672965, и другой для обычного Юффер Кабинетта, 1090918. Немецкие хозяйства разливают такие бочки отдельно, и на этикетке разница в одной строчке. Для владельца, который пытается понять, что именно у него лежит, это ценная подсказка.

В мае 2020 года Liv-ex объявила крупное обновление: в словаре было около восьмидесяти двух тысяч кодов, и к каждому вину добавили регион, субрегион и классификацию. С этого момента за номером стоит и паспорт вина.

Летом 2022 года к системе подключился Wine-Searcher, крупнейший поисковик винных цен. Wine-Searcher сообщал тогда, что в его базе больше 750 тысяч позиций, а LWIN на тот момент покрывал сто двадцать пять тысяч. С августа того года в строку поиска Wine-Searcher можно вписать LWIN 1012361 и сразу получить предложения Леовиль Бартона со всего мира. Сайт понимает все четыре длины кода. Liv-ex перечислила тогда и других, кто уже работал с кодами: журнал Vinous, Берри Бразерс энд Радд и тот самый склад LCB.

В том же 2022 году The Drinks Business писала уже о ста сорока с лишним тысячах вин и крепких напитков. Liv-ex тогда набрала для пополнения базы специалистов и работала с колледжем Пламптон, университетом Гайзенхайма и бордоской бизнес-школой Kedge. Новые вина заводят по запросу: понадобилась клиенту хорватская бутылка, ей создадут код. Британское правительство включило LWIN в стратегию Border 2025 как международный стандарт, который поможет торговле после брексита.

Сегодня Liv-ex пишет о двухстах с лишним тысячах вин и крепких напитков и о том, что базу можно скачать бесплатно. Сторонний подсчёт точнее: Wine Labs насчитывает 212 185 кодов.

Тот же коллекционер рислинга, который радовался коду для бочки Fuder 4, быстро разочаровался. Сначала он нашёл в базе код 1266966 для Кабинетта Юффер-Зонненур от Рихтера и не смог найти ни одного следа такого вина. Потом обнаружил, что у Кабинеттов хозяйства Dr. Hermann в LWIN две записи, хотя самих вин не меньше восьми.

В той же ветке прозвучало трезвое сравнение. LWIN тогда покрывал около ста пятидесяти тысяч вин, а в базе CellarTracker, сервиса, где любители ведут учёт своих погребов, их четыре миллиона. В той же ветке уточнили важную вещь: выдаёт и исправляет коды одна Liv-ex. Нашли ошибку, писать нужно туда.

У этой узости есть причина. Номер создавали для рынка коллекционного вина, и повседневные бутылки, ресторанные позиции, вина молодых регионов в него попадают плохо. Wine Labs строит свою систему поверх LWIN и насчитывает больше шестисот тысяч вин и напитков, у которых кода Liv-ex нет вовсе.

Есть и вещь, которую код не решает в принципе. Компания Wine Owners, делающая программы учёта для винных складов, напоминает, что коллекционное вино приходит без отраслевых штрихкодов. Номер на бутылке не напечатан. Кто-то должен посмотреть на этикетку и правильно сопоставить её с записью, и ошибка на этом шаге приводит к тому, что владелец уверен, будто хранит одно вино, а хранит другое. Подделку код тоже не распознает: он описывает вино, а не конкретную бутылку.

Вернусь в Бертон-на-Тренте. В начале 2015 года склад LCB опросил клиентов своего хранилища Vinothèque, и 98 процентов из них захотели видеть рыночную стоимость вин, лежащих на хранении. Совпало удачно: склад как раз обновлял складскую программу Ontech Vision. Liv-ex сопоставила весь длинный список вин склада с кодами, разработчики встроили их в систему, и к описи каждого клиента подтянулись текущие рыночные цены биржи.

В LCB отметили, что описания вин в описях клиентов стали единообразными и выглядят профессиональнее. Директор по продажам Дэвид Хогг говорил о прозрачности для клиентов.

В этом, на мой взгляд, главная польза кода для человека, у которого вино стоит дома, а не на лондонском складе. Номер сам ничего не оценивает. Зато по нему цены, оценки критиков и результаты торгов из разных баз сходятся на одной и той же бутылке, и вы точно знаете, что сравниваете свой Монроз именно с Монрозом того же года и объёма.

В России о Liv-ex знают в основном по индексам. Forbes, разбирая самые надёжные инвестиционные вина, считает доходность по индексу Liv-ex Fine Wine 50, который строится по ценам пяти первых шато левого берега Бордо. О самих кодах в русских публикациях, которые мне попались, нет ни слова, и наши магазины их в каталогах не показывают. Для владельца это значит одно: искать номер придётся по зарубежным базам.

• Поиск на сайте Liv-ex. На странице LWIN есть окно, куда вводят название вина, регион или год.
• Полная база. Её можно скачать бесплатно и искать по ней в обычной таблице, что удобно для длинной описи.
• Wine-Searcher. Вписываете в строку поиска слово LWIN и семь цифр, с пробелом или без, и видите текущие предложения этого вина.
• Длинный номер для описи. Для учёта пишите восемнадцать цифр, если вино лежит в оригинальном ящике, и шестнадцать для отдельной бутылки: так год и объём не потеряются.
• Ошибка в базе. Если вина в словаре нет или запись явно неверна, исправить её может только Liv-ex.

Семь цифр не скажут, подлинна ли ваша бутылка и сколько она стоит. Они только гарантируют, что все, кто будет её оценивать, говорят об одном и том же вине, а на рынке, где Монроз умудрялся числиться двумя винами, это уже очень много.